Ирина (astori_18) wrote,
Ирина
astori_18

Categories:

Дикий бунт. Деревня, в которой прятались от советской власти



На окраине поселка Дикий, что затерялся в мордовских лесах, установлен странный памятник. Огромный мореный дуб рвется корнями в небо, а ствол дерева, которое, по рассказам местных жителей, пролежало в речке триста лет, глубоко зарыт в землю. На дубе табличка с надписью:"Репрессированным родителям. Благодарные потомки".

Дикий — уже от самого названия поселка веет каким-то холодом и отрешенностью. Его нет ни на одной географической карте мира, потому что в официальных документах он значится как Круглый. Но за восемьдесят лет это имя за поселком, который всю жизнь стремился жить своим особым лесным укладом, так и не прижилось.


В начале 30-х, в годы насильственной коллективизации, Дикий основали те, кто не хотел вступать в колхоз. Собрав детей и прихватив нехитрый скарб, они уходили в лес. В том лесу стояла охотничья избушка, срубленная когда-то егерем Иваном Зверевым, с нее-то и начинался Дикий.

Анну Ивановну Баландину, которой тогда было два годика, отец привез сюда под покровом ночи, тайком, в большом сундуке из липы. Их семья убегала из соседнего Журавкина.

Сидя на том самом сундуке , баба Нюра вспоминала

"Мама рассказывала, в Журавкине тогда у людей все отбирали: и скотину, и зерно, и чугунки, и плошки столовые. Коров у людей силой уводили, загнали за общую колхозную изгородь, даже навеса не сделали и сена не запасли. А тут мороз под 40 градусов, коровы ногами в лед вмерзали".

К весне весь деревенский скот, объявленный общим, погиб. А люди, дожившие до теплых дней, ели лебеду, пекли лепешки из растолченных липовых почек.

"Вот идут в лес, травку собирают, желудок голодный ей набьют, домой вернутся и заворот кишок у них случится, — рассказывала Баба Нюра, — семьсот человек тогда в Журавкине умерло, а маленьких сколько, считай все в деревне".

Но тем, кто собирал добро в колхозы, все было мало. Чтобы не лишиться последнего, жители Журавкина надевали на себя по несколько рубашек.

"По четыре, пять штук мордовских рубашек, ну, кто сколько сможет, надевали. Платки женщины на голову тоже один на другой повязывали. Но когда догадывались, что люди так вещи спрятать хотят, снимать заставляли", — рассказывала жительница Дикого Валентина Ивановна.

Баба Валя, как и баба Нюра, о том, что происходило тогда в Журавкине, тоже знала по воспоминаниям своей матери.

"В нашей семье хозяйство большое было, мы зажиточные считались. Отец с матерью, когда все в колхоз забирать стали, в первую очередь самовар наполнили украшениями золотыми, серебряными, — говорила баба Валя. — Зарыли они этот самовар в землю в сарае, но кто-то из деревенских сказал, что золото в нашем доме обязательно должно быть. Пришли из сельсовета, стали искать, все перевернули. И когда штыками землю в сарае прощупывали, нашли этот самовар".

Кто-то самовара с фамильными украшениями лишился, у кого-то лошадь единственную увели, у кого-то чугунок последний забрали.

Крестьяне, которые, как жители Дикого, не смогли спрятаться в лесу, терпели. Но недолго. В мордовских селах начались бунты.

"Если в 1929 году, в самом начале коллективизации, в Мордовии было 44 вот таких маленьких крестьянских восстания, то в 1930-1931 годах, люди бунтовали практически в каждом селе, — дала историческую справку научный сотрудник отдела современной истории Мордовского республиканского краеведческого музея им. И. Д. Воронина Валентина Шурыгина. — А уж если крестьяне бунтуют, то, вы знаете, они совершают жестокие убийства. Забивают камнями, режут косами, закалывают вилами".

Случай, который вошел в историю коллективизации в Мордовии: в 1931 году в селе Вечкусы Ичалковского района крестьяне убили девять агитаторов и пропагандистов. Они призывали "идейно-неподкованных" крестьян добровольно сдавать в колхоз то, что годами наживалось в собственном хозяйстве.


Фото : предоставлено Мордовским республиканским краеведческим музеем им. И.Д. Воронина

Вскоре те, кто расправился с пропагандистами от Советской власти, сами были расстреляны. Все бунты и волнения подавлялись на корню. Кому — сразу пулю в лоб, кого — в Сибирь, кого — в лагеря.

В годы Великой Отечественной войны в Дикий стали стекаться бросившие поле боя, спасавшиеся от мобилизации или бежавшие из немецкого плена красноармейцы-дезертиры.

Жители Дикого относились к ним с пониманием. У одного — «семеро по лавкам», куда ж ему на фронт? Другой боялся, что с ним расправятся как с предателем за то, что был в плену.

То, что в лесах дезертиры промышляли разбоем, старожилов не смущало. По их мнению, в этом, опять же, виноваты советские чиновники, которые сами все у всех отобрали, и будто бы этих «богатых, тех, кто только прикрывался высокими чинами», «герои»-дезертиры только и грабили.

За поиски «героев»-дезертиров вскоре принялась советская милиция. Организовали засаду и, по словам старожилов, 15 дезертиров из Дикого расстреляли. Только одного из них, по имени Степан Сангин, поймать не могли очень долго.

Жители поселка с гордостью вспоминали о нем, как о самом почитаемом «герое»: два года он скрывался от милиции в будке, заваленной навозной кучей, чтобы собаки не смогли взять след. Когда его по случайности все же обнаружили, вонь от него исходила нестерпимая.

Из жалости к его многодетной матери «героя» не расстреляли, а отправили в штрафбат, где он, по рассказам, сам должен был добыть себе оружие и совершенно озверел. Даже перегрыз горло одному из немцев, чтобы отобрать у него пистолет.

Тяжелые судьбы" — DRIVE2

В Мордовии репрессировали более семи тысяч крестьян. Вот им-то в 80-е "доперестроечные" годы живущие в Диком современники по собственной инициативе и установили памятник.

Сын Валентины Фокиной Владимир вспоминал, как это было:

"Нас тут молодежи, может, человек двадцать собралось, накинули на дуб трос и вытащили трактором из речки. Сразу решили: дуб корнями вверх поставим. Мысль такая была, что корневую систему Советская власть из земли выкорчевала, перевернула с ног на голову и наблюдала: будет расти или нет?"

Владимир говорил, что памятник, установленный еще в андроповские времена, конечно же, не мог остаться незамеченным властями Зубово-Полянского района, на территории которого и находится Дикий.



"Мы тут хоть и в лесной глуши обитаем, но слухом ведь земля полнится, — рассказывал Владимир Фокин. — Может, охотник какой наш "дикий" мед покупал и рассказал, что видел этот памятник. Сейчас уже неважно, как это было. Но пожаловало как-то к нам районное и партийное начальство. Спрашивали, что это вы тут кулакам памятники ставите, мол, кто разрешал, кто велел? Обещали трактор подогнать и выдернуть, да только так и не подогнали, так и не выдернули".

Елена Косова

источник


Tags: СССР, деревня, история
Subscribe

promo astori_18 june 19, 2022 00:45 692
Buy for 50 tokens
1. Прошлое — это вероятность По словам Хокинга, одно из следствий теории квантовой механики заключается в том, что события, произошедшие в прошлом, не происходили каким-то определённым образом. Вместо этого они произошли всеми возможными способами. Это связано с вероятностным…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments