Ирина (astori_18) wrote,
Ирина
astori_18

Category:

Доктор Григорий Захарьин. Гроза всех московских больных

Доктор Григорий Захарьин: гроза всех московских больных

Принято считать, что лучший доктор — этакий добрейший Айболит. Ласковый, со спокойным, убаюкивающим голосом, уверяющий, что со здоровьем все прекрасно, надо только эти вот таблеточки попринимать.

Однако самые высокие в Первопрестольной гонорары брал врач, обладающий принципиально противоположными качествами.


Ничто не предвещало докторской карьеры. Провинциальная Пенза. Отец — штабс-ротмистр, столбовой дворянин. Дед — директор городского Главного народного училища. Тем не менее, образование Гриша Захарьин получил в другой провинции — в Саратове. Денег нет. Здоровье слабое. При этом — первый ученик Саратовской мужской гимназии.

Скорее всего, именно проблемы со здоровьем определили профессиональный выбор юноши. Он поступает на медицинский факультет Московского университета, а окончив его в 1852 году, там же и остается — ординатором терапевтической клиники. Надо сказать, весьма серьезное признание успехов.

Диссертация, заграничная стажировка, профессура в том же университете, руководство той терапевтической клиникой, в которой некогда был ординатором. Все это на редкость стремительно — всего за десять лет.

Постепенно стал складываться авторский метод Захарьина. Анализы, исследования — по минимуму. Лекарства — в крайних случаях. И всего несколько наименований — те, действия которых доктор знал досконально.

По его представлению, основная причина болезней — неправильный образ жизни. Его-то и следует исправлять. Большая часть времени тратилась не на осмотр, а на расспросы. В какой семье родился, чем болел в детстве, каковы условия труда, привычки, на какую сторону выходят окна спальни. Интересовало все. И в результате становилось ясно, что нужно поменять.

Чаще всего, впрочем, оказывалось, что причина — в банальном пренебрежении к гигиене и правилам здорового образа жизни. Вредная еда, отсутствие свежего воздуха, физических нагрузок.


Памятная бронзовая медаль, посвященная выдающемуся русскому терапевту Г.А. Захарьину.

Художник Константин Коровин посвятил Захарьину рассказ. Там было красочно описано «лечение» Григория Захарьина: «Хозяин стоит у каретного сарая. Кучер и дворник выкатывают пролетку. Хозяин стоит покорно и смирно, опустив руки и голову, а кучер надевает на него хомут, как на лошадь...

Запрягли хозяина. Под мышкой он держал оглоблю. Захарьин шел по двору впереди. За ним — два ассистента. А потом хозяин вез пролетку по двору, заворачивая кругом. Захарьин поднимал руку в белой перчатке, шествие останавливалось на пять минут, а потом опять хозяин вез, как лошадь, пролетку».

Возможно живописец и преувеличивал, но незначительно. Захарин мог разгромить кухню пациента, если она показалась ему недостаточно чистой. Вспороть подушки, если пух слежался или же подушки влажные. Чуть ли не в драку лез. И все ему сходило с рук.

А вот описание В.Гиляровского, визита Григория Антоновича к купцу Михаилу Ляпину, «поднатужившемуся» накануне блинами: «Профессор... очутился в маленькой спальне с низким потолком. Пахло здесь деревянным маслом и скипидаром. В углу, на пуховиках огромной кровати красного дерева, лежал старший Ляпин и тяжело дышал...

— Это что? — закричал профессор, ткнув пальцем в стенку над кроватью.

— Клопик-с... — сказал Михалыч, доверенный, сидевший неотлучно у постели больного.

— Как свиньи живете. Забрались в дыру, а рядом залы пустые. Перенесите спальню в светлую комнату! В гостиную! В зал!

Пощупал пульс, посмотрел язык, прописал героическое слабительное, еще поругался и сказал:

— Завтра можешь встать!

Взял пятьсот рублей за визит и уехал».

Не удивительно, что Григорий Захарьин считается одним из основоположников российской курортологии. Курорт — это и есть в первую очередь правильный образ жизни.

Режим дня, рациональное питание, безупречная экология, грамотно подобранные физические нагрузки, отказ от пагубных привычек. Впрочем, и на эти правила курортной жизни у Захарьина был свой, особый взгляд. Режим дня не поддерживал, говорил, что курорт не может уподобляться немецкой казарме. Спать нужно когда хочешь, есть когда чувствуешь аппетит.

К заграничным курортам относился скептически. Уверял, что лучший из курортов — подмосковная деревня. Предлагал дышать навозным воздухом, пить свежее молоко, спать на сене. Говорил: «Я — не навоз, не молоко, не сено — я только врач, и вылечить вас не берусь».


Проспект Мира, д. 20. 1968 г. Григорий Антонович Захарьин приобрёл этот дом в 1863 году и прожил здесь до самой своей смерти в 1897‑м.

Из чувства профессиональной солидарности коллеги защищают доктора Захарьина от его же собственной репутации. Эндокринолог Василий Шервинский пишет: «Все те чудачества, о которых рассказывали в связи с посещением Захарьина, мне думается, были в значительной мере преувеличены, а иной раз просто выдуманные. Я лично могу сказать, что встречал в профессоре Захарьине серьезного, строгого, но вежливого и корректно держащегося человека. Никаких чудачеств, о которых так много рассказывали в Москве в связи с Захарьиным, повторяю, лично я не знал».

И сразу же себя опровергает: «Что Григорий Антонович ругался в купеческих домах, так это не диво, так как подчас никакого терпения недоставало, чтобы переносить все те нелепости, которыми была полна домашняя обстановка замоскворецких купцов».

А он лишь льет масло в огонь общественного мнения. Требует, чтобы перед его визитом спальню больного перенесли с третьего этажа на первый и приготовили для него блюдо с персиками и бутылку хереса, все обязательно из магазина Елисеева.

Герой же упомянутого коровинского произведения рассказывал: «Завтра Захарьина жду, обещал приехать, ассистентов присылал. Приказали, чтобы все часы в доме остановить. Маятники чтобы не качались. Канарейку, если есть — вон. И чтобы ничего не говорить и чтобы отвечать, когда спросит, только „да“ или „нет“. И чтобы поднять его на кресле во второй этаж ко мне, а по лестнице он не пойдет. Вот что. Вот какой. И именем, отчеством не звать, — сказали ассистенты, — он не любит и не велит. А надо говорить „ваше высокопревосходительство“. Вот что. А то и лечить не будет».

У Захарьина были проблемы с ногами, он этого, вероятно, стеснялся и таким образом старался камуфлировать свой собственный недуг под очередное чудачество самодура.

Гонорары от этого продолжали расти. Коллеги-врачи приходили в неистовство.
Успех головокружительный. Среди пациентов Захарьина — Чехов (тоже медик), Лев Толстой. Чехов уверял: «Захарьина я уподобляю Толстому — по таланту». А Толстой писал доктору: «Прошу Вас верить и любить меня так же, как я Вас».

В 1894 году он в Ливадии, лечит там самого императора, Александра-Миротворца. Захарьину предлагают стать придворным врачом. Он отказывается. Монархически настроенная часть общества записывает его за это во враги. Либеральная часть сделала это еще раньше — когда он согласился приехать в Ливадию и осмотреть императора.

Практика растет. За это Захарьина записывают во враги медики и студенты — променял науку на собственный карман. Друзей остается все меньше и меньше. А характер продолжает портиться.


Бюст Г. А. Захарьина во дворе Пензенской городской клинической больницы скорой медицинской помощи, носящей его имя.

Смерть Захарьина была трагичной. Он, как можно догадаться, стал жертвой собственной несдержанности, импульсивности. Поссорился с собственными студентами, дело дошло до взаимных оскорблений.

Захарин сгоряча подал в отставку, и отставка была принята. Спустя год он скончался от кровоизлияния в мозг, оскорбленный и непонятый. Было ему 68 лет.

Григорий Захарьин вошел в историю как гениальный диагност и клиницист, как отъявленный грубиян и вообще крайне неприятный человек, как человек очень жадный до денег, но и как деятельный благотворитель.

В Пензенской губернии он выстроил на собственные средства вполне приличную амбулаторию. В помощь братьям сербам снарядил санитарный отряд, а в Черногории провел водопровод.

В помощь нуждающимся студентам Московского университета выделял до 10 тысяч рублей ежегодно, многих отправлял стажироваться за границу, а также участвовал в сооружении Музея изящных искусств. Неимущих пациентов консультировал бесплатно и, поговаривают, их было не меньше, чем с тех, которые платили за прием. Поддерживал приходские школы. Полностью финансировал медицинский журнал.

Будучи убежденным материалистом, тратил огромные деньги на ремонт и содержание храмов. На его средства — уже после смерти — была построена больница в подмосковном Куркино.

Даже в своей благотворительной деятельности этот великий человек не вписывался ни в какие рамки.


Алексей Митрофанов


источник


Tags: история, люди, медицина
Subscribe

promo astori_18 июнь 19, 2022 00:45 689
Buy for 50 tokens
1. Прошлое — это вероятность По словам Хокинга, одно из следствий теории квантовой механики заключается в том, что события, произошедшие в прошлом, не происходили каким-то определённым образом. Вместо этого они произошли всеми возможными способами. Это связано с вероятностным…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments